Реферат: Савва Морозов - жизнь великого предпринимателя. Часть 1 - СТАТЬИ, ИССЛЕДОВАНИЯ, РЕФЕРАТЫ... - Каталог статей - КОЛОВРАТ
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Вход
Поиск
Loading
Новые статьи
[01 Фев 2012]
Ледовое побоище 
[01 Фев 2012]
Против кого сражался Дмитрий Донской? 
[01 Дек 2011]
Михайло Ломоносов 
[01 Дек 2011]
Пророчества князя Одоевского 
[01 Дек 2011]
Русские города начинались с храмов 
[05 Ноя 2011]
«Что нашим врагам нравится, то нам вредно» 
[04 Ноя 2011]
Ударили по одной щеке – подставь другую? 
[02 Ноя 2011]
Как жил русский рабочий до революции? 
[01 Ноя 2011]
«Ксенофобских взглядов придерживается половина населения России» 
[01 Ноя 2011]
31 октября 1961 года, в обстановке строжайшей секретности... 
[31 Окт 2011]
50 лет назад СССР испытал самую мощную водородную бомбу в истории 
[25 Окт 2011]
Борис Соколов: Насколько гражданской была гражданская война в России? 
[25 Окт 2011]
Основные русофобские мифы рождённые на Западе ещё в годы царской России 
[23 Окт 2011]
Иван Охлобыстин: О праве Кольта 
[23 Окт 2011]
Русские поговорки про жидов и попов и многое другое 
[21 Окт 2011]
Рогозин: Мы должны перестать быть толерастами. 
[19 Окт 2011]
Отдать должное русским 
[18 Окт 2011]
Как Кремль исчез на четыре года 
[17 Окт 2011]
Русский национализм 
[17 Окт 2011]
Цены и жалования в России в начале XX века 
[17 Окт 2011]
Неулыбчивые русские не начинают войн. Неулыбчивые русские войны заканчивают. 
[13 Окт 2011]
История русов согласно Ведам 
[11 Окт 2011]
О том как Сталин «замалчивал» подвиг защитников Брестской крепости. 
[08 Окт 2011]
Как наши предки клады искали? Старинные поверья 
[06 Окт 2011]
История балалайки 
Главная » Статьи » СТАТЬИ, ИССЛЕДОВАНИЯ, РЕФЕРАТЫ...

Реферат: Савва Морозов - жизнь великого предпринимателя. Часть 1

Введение.

Обращаясь к современным проблемам формирования российского предпринимательства, можно заметить, что у многих из них есть свои корни, уходящие в глубокую древность. В числе основных факторов истории делового мира следует назвать характерную для нашей страны природно-климатическую и геополитическую ситуацию, объективно обусловленную неустойчивостью товарного спроса, а также особую роль государства в регулировании деловых отношений.

На протяжении всей средневековой русской истории прослеживается тенденция к вмешательству государства в эти отношения. В этих условиях экономический прогресс был связан не столько с изменением типа хозяйствования, сколько с сохранением сложившейся структуры деловых отношений. Эта же особенность порождала прочные стереотипы как экономического, так и социально-психологического характера. Не удивительно, например, что конкуренция со стороны ''неуказанных'' предпринимателей (прежде всего крестьян) вноси-ла в эту структуру расстраивающее начало, а потому преследовалась властями.

В суровое смутное время жизнь в России замерла, и тогда Петр Великий взошел на престол, слава Киевской Руси померкла, торговля и промышленность пришли в упадок, а удалое российское воинство предпочитало отсиживаться по теплым квартирам. Правил Петр круто: прорубая окно в Европу руками русских мужиков, зазывал через него заморских мастеров на выгодных условиях, а своих посылал туда на выучку; торгово-промышленную политику проводил "указанными” мерами. Так, императорскими указами предписывалось строительство новых фабрик, образование компаний с назначением компанейщиков. Даже петровская приватизация – передача казенных фабрик в частные руки, приходила в приказном порядке. Например, в 1712 велено было казной завести суконные фабрики и отдать торговым людям, собрав компанию, "а буде волею не похотят, хотя в неволю”.

Все в государстве Российском зависело от монаршей милости. Промышленник или купец сумевший угодить самодержцу, мог получить из казны огромные субсидии, ему даровались сотни крестьян для работы на фабриках, но впавший в немилость мог сразу, же прощаться и с жизнью и с капиталами. Поучительно история купца Соловьева, который за жалобу на запрещение вывоза из России зерна был колесован да лишен в пользу казны одного миллиона рублей. Но и сам Петр I,  как отмечает В. О. Ключевский, стал жертвой собственного деспотизма. "Он хотел насилием водворить в стране свободу и науку.  Но эти родные дочери человеческого разума жестоко отомстили ему”.

Реформы Петра I положившие начало процесса модернизации России, стали важной вехой в истории делового отечественного мира. Однако модернизация сталкивалась в это время с мощным препятствием - крепостным правом.

После смерти Петра Великого потомки его и самодержцы, российские – Елизавета и Петр III – забирали себе казенные доходы и, с гневом отвечали: "Ищите денег, где хотите, а отложенные – наши”. Почти все отрасли торговли  были превращены в разорительные частные монополии, казенные заводы, самовольно переданы Сенатом в частное владение первейшим царедворцам: Шувалову, Воронцовым, Чернышевым и прочим. Ссуду новоявленные фабриканты промотали в столице, а заводским крестьянам так мало платили или не платили вовсе, что это привело к бунтам и мятежам, усмиренным воинскими командами с пушками.

Сиятельная Екатерина, повернулась лицом к нуждам народа: а дворянской вольнице, она не забывала и о третьем сословии, считая его главным проводником народного благосостояния и просвещения. В письме парижской знакомой мадам Жоффрен она обещала: "Еще раз, мадам, обещаю Вам третье сословие ввести; но как, же трудно будет его создать!” В отличие от Петра I, вводившего свои затеи железной рукой, императрица стремилась создать торгово-промышленное сословие ненасильственными мерами. "Никаких дел, касающихся  до торговли и фабрик, не можно завести принуждением, а дешевизна родится толь-ко от великого числа продавцов и от  вольного умножения товаров” – эта принадлежавшая Екатерине нехитрая, в сущности, максима знаменовала собой положительные сдвиги в российском государственном менталитете.

Но продавцов-купцов и предпренимателей-работодателей было в России крайне мало, да и были они в основном без роду, да племени. В XVII веке из недворян только единичные, са-мые богатые купцы успели завести фамилию. Так их и называли – "именитое купечество”. По переписи 1816 года в 11 слободах Москвы из 2232 купеческих семей почти 25% имели фамилию,. А у многих имевших фамилии, было записано, например: "прозвищем Сорокова-нова позволено именоваться 1817 года июля 5 дня”, "фамилею Серебряков позволено именоваться 1814 года января 17 дня”, Вот их то и решило облагодетельствовать правительство, преследуя цель охраны державы от иностранного влияния, как промышленного, так и духовного. Развитие промышленности было объявлено делом патриотическим, рост русских фабрик рассматривался как крупный козырь в борьбе России с Западом, а сами промышленники осыпались знаками милости и внимания, включая почетные награды за успехи на поприще торговли и промышленности. Предприниматель не стал еще  самостоятельной политической фигурой, да к тому же многие представители сословия не вышли из крепостной зависимости и над торговой и промышленной деятельностью крепостного постоянно висел дамоклов меч помещика, который мог обращаться с работником как с губкой: он давал ему напитаться деньгами, а потом ежовыми рукавицами владыки живота выжимал все долгими годами и тяжким трудом накопленные деньги.

Крепостное ярмо разорвала экономическая необходимость, связанная с включением экономики России в нарождавшийся мировой рынок, с промышленным переворотом, который, сметая границы Европы, ворвался и в Россию. 28 декабря 1857 года в зале купеческого собрания в Москве началось торжество по поводу известий об освобождении крестьян. Выступая на нем, известный предприниматель В. Кокарев отметил: "Для 15 миллионов людей восходит звезда гражданской полноправности. От этого мы все вступаем в новую жизнь, перерождаемся, пульсы наши бьются иначе: ровно. Твердо, сильно. Мы можем теперь сравнить свое положение с людьми, подошедшим к горе, по которой надо взобраться кверху. Немало на этом непротоптанном пути мы встречаем растений. Но нам ли бояться препятствий, когда на вершине стоит царь и призывает нас к себе”. В словах этих своеобразная смесь и приниженности, и пробивающегося чувства равноправного партнерства промышленника и властителя.

Великая реформа 1861 года не просто освободила крестьян. Она ускорила ход времени в России. Вдобавок ко всему наезженная колея телег и экипажей сменилась железнодорожной. В железнодорожной и сменившей ее банковской горячках предприниматели, набивая шишки на головах и сундуки деньгами, закалялись в делах, набирали вес и авторитет. Так, как-то незаметно, экономика подтолкнула политику, и на смену единомыслию и благочинию в третье сословие пришли иные настроения.  "Под шумок трескучих враз вспоминал С. Шереметев, - выдвинулось московское именитое купечество в новой своей политической роли. Тогда была мода на так называемых простых русских людей. Появились люди выдающегося дела, которые повели это дело мастерски и сделались центром нового направления.

Преобразовательная деятельность Александра I I дала качественно новое направление в развитии частного предпринимательства в стране. Набирает силу процесс формирования нового буржуазного класса, вбирающего в себя выходцев из самых разных социальных групп. К концу 20 века в Петербурге текстильными предприятиями владели 45 купцов, 2 дворян, 69 мещан, 35 крестьян, а металлообрабатывающими заводами – 45 купцов, 18 дворян, 257 мещан, 192 крестьянина.  Экономические и политические потрясения  начале ХХ в. вызвали дальнейшие изменения в облике деловых людей. Период думской монархии стал временем их активной консолидации, развертывания борьбы за свободу частного предпринимательства и гражданское равноправие. К началу XX века в губерниях Европейской России (без Польши и Финляндии) 1894 дворян (из них 1644 потомственных) владели 2092 фабриками, заводами и мастерскими. Только 18% из них возникло в дореформенный пери-од, а больше половины в 80 – 90гг.  XIX века.

Противоречивость реформаторской политики правительства, дополненная кризисом первой мировой войны, обусловила рост социальной напряженности. Предприниматели в переломный период оказались деморализованы антибуржуазной пропагандой, разобщены, и поэтому не смогли оказать сопротивление революции. Многовековая история деловых отношений оказалась прервана в пору их больших потенциальных возможностей, когда сотни тысяч предпринимателей могли способствовать укреплению экономической мощи страны.

Таким образом, не только достижения, но и неудачи деловых людей дореволюционной России дают возможность более глубоко понять историческую роль частного предпринимательства, осознать взаимосвязь прошлого, настоящего и будущего в судьбах отечественного делового мира. Учет этого опыта имеет как теоретическую, так и практическую значимость, способствуя духовному возрождению России и ее хозяйственному обновлению на современном этапе мирового развития. При этом важно помнить, что раскрепощение созидательных сил общества шло в нашей стране чрезвычайно сложным, противоречивым путем, на котором, как было отмечено выше, имелись свои характерные периоды. Однако общей тенденцией в развитии российского делового мира, бесспорно, являлось его постепенное вовлечение в русло общеевропейского хозяйственного и социального прогресса. Это движение было свернуто в силу незавершенности преобразовательных процессов в государственном строе России, столь долго сохранявшем роль единственного ''блюстителя'' интересов предпринимателей. И тем важнее сегодня правильно осмыслить прошлое отечественного делового мира, являющееся частью и российской, и мировой истории.

В литературе дается такое определение понятия ''предприниматель'': это человек ''с деловой хваткой и энергией, со специфической системой ценностей, культурой отношений и этикой''. Российское предпринимательство имело свои деловые, культурные и нравственные традиции. Многие промышленные династии дали России выдающихся коммерсантов, организаторов производства, талантливых экономистов, политиков, ученых, меценатов, деятелей культуры, журналистов.

Документы эпохи, воспоминания, переписка, газетные и журнальные статьи, живописные фотографические портреты представителей торгово-промышленного мира свидетельствуют: характеры их многосложны и противоречивы, потому и неоднозначны их поступки. Но есть черты, объединяющие российских предпринимателей, нечто главное и важное для большинства из них. По мнению их современников,  "успешным" предпринимателям прису-щи решительность, упорство, безошибочная интуиция, энергичность, склонность к оправ-данному риску, изобретательность, природная смекалка. Лучшие из них получили хорошее образование, интересовались наукой и достижениями промышленности, были людьми творческими. Среди таких имен есть имя и Саввы Тимофеевича Морозова - известного рос-сийского предпринимателя и меценат.

 

Жизнь Саввы Тимофеевича Морозова.

Каждый, кто много работает, знает, как желанен отдых - награда за труды праведные. Вот и Савва Тимофеевич Морозов – человек, о котором пойдет речь в этом реферате, в редкие минуты отдыха бывал, благодушен и откровенен. Незадолго до своей нелепой кончины, уехав из первопрестольной на несколько дней, он, очутившись в местах, не тронутых и не разграбленных еще человеком, сидя у костра, разоткровенничался: "А у меня нет биографии,- сказал он, грустно усмехнувшись, Я ведь не человек, я - фирма. Меня надо преподавать в университете по кафедре политической экономии... Да вы не смейтесь, я серьезно... Дед сеял, а отец мой, Тимофей Саввич, жатву собирал".

 

Родоначальники.

Дед С. Т. Морозова - "Савва сын Васильев" - родился крепостным. Уже в конце XVIII в. этот предприимчивый крестьянин открыл первую мастерскую в селе Зуеве, Богородского уезда (Владимирская губ.), выпускавшую шелковые кружева и ленты. Работал сам на единственном станке и сам же пешком ходил в Москву продавать товар. Позднее стал производить суконные и хлопчатобумажные изделия. Последствия войны 1812 г. и разорения Москвы способствовали расширению Морозовского дела. Увеличивались и доходы. В 1820 г. С. В. Морозов за огромные по тем временам деньги (17 тыс. руб.) получил "вольную" от дворян Рюминых и был зачислен в купцы первой гильдии. В 1842 г. Морозовы получили потомственное почетное гражданство. В то время родоначальник клана уже владел домом в Москве стоимостью в 12 тыс. рублей серебром.

Крупнейшей и "коренной" Морозовской фирмой была Никольская мануфактура в Покровском уезде (Владимирская губ.). Делами здесь до середины 40-х гг. XIX в. заправлял сам "Савва. Первый", а затем его младший сын Тимофей (1823-1889), при котором фабрика была целиком переоснащена оборудованием, ввезенным из Англии. В предпринимательской среде Тимофей Савич пользовался авторитетом, о чем говорит избрание его сначала гласным Московской городской думы, а в 1868 г. и председателем Московского биржевого комитета; Тимофей Морозов входил в кружок крупных предпринимателей, считалось, что он пользуется расположением всесильного министра финансов М. Х. Рейтера.

С установлением железнодорожного сообщения с окраинами империи Морозовы открыли торговые конторы, магазины розничной и оптовой торговли во всех крупных городах России, а также в Иране, Монголии и Китае. Прекрасный ассортимент, дешевизна и добротность тканей обеспечивала на них постоянный спрос самых разнообразных слоев населения: дорогие бархаты и вельвет, дешевые нарядные ситцы одинаковым успехом раскупались в Москве, Петербурге, Ташкенте, Омске, Иркутске, Харькове, Одессе, Варшаве, Харбине, Тяньзине и других городах. Высочайшее качество тканей – молескина и карузета, трико и камлота, ситца и сарпинки, а также многих других сортов – создало со временем такой обширный и постоянный круг покупателей, что даже годы кризисов отражались на Морозовских предприятиях лишь в слабой степени. Желая защитить себя от импортного сырья, предприимчивые фабриканты позаботились о создании своей собственной хлопковой базы, скупив в средней Азии земельные участки, заведя там хлопковые плантации и наладив переработку хлопчатника.

Хотя Т. С. Морозов не получил систематического образования (учился дома), он был грамотный человек и прекрасно понимал значение образования, часто жертвовал различные, иногда довольно крупные, суммы на Московский университет и другие учебные заведения.

Именно на Никольской мануфактуре произошла известная "Морозовская стачка" (январь 1885 г., около 8 тыс. бастующих) - первое в России организованное выступление пролетариата. Судебный процесс над зачинщиками вылился, по сути дела, в суд над порядками, установленными хозяином, и тогда, чтобы спасти репутацию фирм, потребовалось очень много изменить в фабричных порядках: были резко сокращены штрафы, несколько повышена заработная плата, введены "наградные”. После всех переживаний капиталист тяжело заболел и все дела на фабрике передал родственникам. Умер он в октябре 1889 г., отказав по завещанию несколько сотен тысяч рублей на благотворительные цели, в том числе 100 тыс. руб. для призрения душевнобольных в Москве.

Никольская мануфактура с 1873 г. действовала как паевое предприятие (основной капитал 5 млн. руб.), но вплоть до ее национализации в 1918 г. оставалась в руках морозовской семьи. Высшим органом предприятия считалось собрание пайщиков, где решения принимались большинством голосов, при этом хозяин, а затем его жена - Мария Федоровна, владея более чем 90% паев, сохраняли полный контроль над ходом дел. Но рамки приличия соблюдались: во главе мануфактуры стояло правление (в него 7 директоров), избираемое общим собранием пайщиков. Из числа директоров выбирался в свою очередь директор-распорядитель. Каждый акционер имел право присутствовать на собраниях, однако решения по делам фирмы могли принимать лишь те, кто владел не менее 10 паями (10 паев давали 1 голос, 25 – 2 голоса,. 7о паев –3, 75 – 4, 100 паев – 5 голосов).

В 1848 г. Тимофей Саввич женился на Марии Федоровне Симоновой, дочери богатого московского купца, фабриканта Ф. И. Симонова, происходившего из казанских татар, принявших православие (отсюда и "отпечаток Азии" на облике представителей этой ветви Морозовского рода). У Тимофея Савича было четыре дочери и четверо сыновей; Савва, родившийся 3 февраля 1862 г., и стал наиболее известным представителем клана Морозовых. Морозовы жили в своем особняке в Большом Трехсвятительском переулке, перекупленном у известного откупщика В. А. Кокорева. Здесь прошли детские и юношеские годы Саввы. Двухэтажный дом с мезонином, окруженный обширным садом с беседками и цветниками, насчитывал 20 комнат; были здесь своя молельная и зимняя оранжерея.

 

Детство и студенчество Саввы.

Как и многие другие семьи текстильных фабрикантов, Морозовы были старообрядцы. В таких семьях по традиции критически относились к существовавшим порядкам. У старообрядцев детей воспитывали по древнему уставу благочиния - в строгости, беспрекословном послушании, в духе религиозного аскетизма. Однако, и новое неумолимо вторгалось в жизнь. В морозовской семье уже были гувернантки и гувернеры, детей обучали светским манерам, музыке, иностранным языкам. Вместе с тем применялись веками испытанные "формы воспитания" и, как вспоминал Савва, "за плохие успехи в английском языке драли". В 14 лет старшего сына определяют в 4-ю гимназию. Имена Саввы и его младшего брата Сергея Морозовых значатся среди выпускников 1881 года. Одновременно с ними некоторое время здесь учился К. С. Станиславский, который курса не окончил, но оставил описание строгих порядков в этой гимназии. Однако еще в гимназии, вспоминал Савва, "я научился курить и не веровать в бога". Из этого признания следует, что у этого потомственного купца неприятие семейных и корпоративных традиций проявилось довольно рано.

В 1881 г. Савва поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета. В студенческие годы его интересы не ограничиваются естественными науками; увлеченно изучал он политэкономию и философию. В 1885 г. Савва был выпущен из университета со званием "действительного   студента", которое присваивалось тем, кто окончил курс, сдал все экзамены, но не  защитил диплома, не собираясь делать служебную карьеру; в таком случае имели значение сами знания, а не формальные данные.

 

Женитьба на Зинаиде Григорьевне.

Студентом Московского университета Савва влюбился  в жену своего двоюродного племянника С. В. Морозова - Зинаиду (Зиновию) Григорьевну (1867-1947 гг.). В России развод не одобрялся ни светской, ни церковной властью. Бракоразводный процесс был скандалом, как и женитьба на разведенной. Отец невесты якобы даже заявил, что ему было бы легче видеть дочь в гробу, "чем такой позор терпеть". Почти вся родня жениха тоже была настроена против родственницы.  Племянник, Сергей Викулович Морозов, был человеком непутевым, заядлым охотником и игроком, и Мария Федоровна жалости к нему не испытывала. Но старообрядцы свято чтили свои законы. Морозовы не курили, не сквернословили, держали слово, ни на кого не повышали голоса, работали с утра до ночи и не женились на разведенках. К тому же есть вещи, которые опытная женщина может опознать сразу. У Зинаиды Зиминой был чересчур  тяжелый взгляд и резко очерченный рот: такие умеют себя поставить, ничего не забывают и не прощают обид. Не сразу родители смирились с браком старшего сына, и поэтому после окончания университета Савва уехал в Англию. Он изучает химию в Кембридже, собирается защищать диссертацию. Одновременно знакомится с организацией текстильного дела на английских фабриках. Болезнь жены и необходимость возглавить семейное дело заставили вернуться его в Россию. С. Т. Морозов становится руководителем Никольской мануфактуры - правда лишь номинально: большинство паев, а, следовательно, и голосов на собраниях совладельцев принадлежало отцу и матери; после смерти Т. С. Морозова главным и основным пайщиком товарищества осталась его вдова. Таким образом, в своей деятельности Савва Тимофеевич всецело зависел от воли матери, которая оставалась и формально директором-распорядителем, то есть совмещала должности председателя правления и директора. Ее старший сын, по сути дела, стал совладельцем-управляющим, но не полноценным хозяином. Максимального количества паев, принадлежащих Савве Тимофеевичу, не превышало 985 (его мать представила собранию пайщиков в марте 1890 г. - 3165, в марте 1904 г. - 3580 дивидендных бумаг фирмы).

В обществе циркулировали слухи о баснословных доходах "Саввы Второго", однако  размеры их никогда не документировались. Поступления С. Т. Морозова состояли из директорского жалованья (10-12 тыс. руб.), наградных (отчисления из чистой прибыли) и дивиденда (процент дохода с каждого пая). За 10 лет, с 1895 по 1904 г., он получил 112 тыс. руб. в качестве директорского содержания, примерно 1 млн. руб. наградных и не менее 1,3 млн. руб. дивиденда, всего около 2,5 млн. руб. Учитывая, что ему принадлежала еще и городская недвижимость, сдававшаяся в аренду, и земельные владения вне черты города (имения), что он занимал должности в других фирмах (много лет был директором высокодоходного Трехгорного пивоваренного товарищества в Москве), не будет преувеличением определить его личные доходы в тот период в среднем в размере 250 тыс. руб. в год. В условиях тогдашней России это было очень много. Горький писал о Савве Тимофеевиче: "Личные его потребности были весьма скромны, можно даже сказать, что по отношению к себе он был скуп, дома ходил в стоптанных туфлях, на улице я его видел в заплатанных ботинках". Он был лишен амбиций, которые заставляли многих предпринимателей вкладывать большие средства в произведения искусства и козырять перед другими своими собраниями. К числу коллекционеров он не принадлежал и, хотя приобретал значительные живописные работы (в их числе "Голова старушки" Н. А. Касаткина и "Венеция» И. И. Левитана), сколько-нибудь заметной коллекции не составил. Его непритязательность в быту отмечалась многими. За этим, на сколько можно судить, стояла не жадность русского Гобсека, его увлекали другие цели и интересы. Большие материальные возможности не сделали его счастливым человеком. "Легко в России богатеть, а жить трудно ",- с горечью заметил он однажды.

Однако Зинаида Григорьевна придерживалась противоположных взглядов, и Савва часто потворствовал ей. Умная, но чрезвычайно претенциозная женщина старалась удовлетворить свое честолюбие путем, наиболее понятным купеческому миру: немыслимые туалеты, модные и самые дорогие курорты, собственный выезд, ложа в театре... Не будет ошибкой предположить, что и построенное в центре Москвы необыкновенное морозовское "палаццо" отразило ее устремления.

По возвращении из Англии Морозов приобрел довольно скромный дом на Большой Никитской (ул. Герцена), однако такой уклад жизни вряд ли мог устроить его супругу. В начале 90-х годов XIX в. он покупает на тихой аристократической Спиридоновке (ул. Ал. Толстого) барский особняк с садом. Купчая была оформлена на имя жены. В 1893 г. ветхий дом был сломан и на его месте началось строительство. Это была первая крупная самостоятельная работа молодого архитектора Ф. О. Шехтеля, только начинавшего входить в моду. Постройка была завершена в 1896 г. Особняк необычного стиля (сочетание готических и мавританских архитектурных элементов, спаянных сведено пластикой модерна) сразу же стал одной из московских достопримечательностей. Таких вычурных, бросающих вызов "родовых зам-ков" купечество себе еще не позволяло.

Открытие этого московского "чуда" было обставлено помпезно. "На этот вечер собралось все именитое купечество, - вспоминал князь С. А. Щербатов. - Хозяйка, Зинаида Григорьевна Морозова,.. женщина большого ума, ловкая, с вкрадчивым выражением черных умных глаз на некрасивом, но значительном лице, вся увешанная дивными жемчугами, принимала гостей с поистине королевским величием. Тут я  увидел и услышал впервые Шаляпина и Врубеля". Об архитектурных достоинствах морозовского особняка можно судить по-разному. Бесспорно другое. Хозяйка дома всячески старалась превратить его в светский салон: здесь устраивались вечера, балы, приемы. Зинаида Григорьевна стремилась к тому, чтобы в ее доме непременно присутствовала "аристократическая элита". В 1902 г. О. Л. Книппер писала А. П. Чехову, что на одном из таких балов ей представляли графа Шереметева, графа Олсуфьева, графа Орлова-Давыдова. Чехов в ответ заметил: "Зачем, зачем Морозов Савва пускает к себе аристократов? Ведь они наедятся, а потом, выйдя от него, хохочут над ним".

Игра в светскость продолжалась довольно долго и требовала не только усилий, но и больших расходов. Приобретается обширное имение Покровское-Рубцово, строится дача во Владимирской губернии. Люди, мало знакомые с хозяином не понимали такой "пляски миллионов". Чем дальше, тем больше Морозову претили светские устремления жены. Начавшееся взаимное охлаждение со временем  переходит в отчуждение. "Мадам Морозова" сверкала в обществе, на благотворительных базарах, в театрах, на вернисажах; принимала у себя родовую знать, светскую молодежь, офицеров. У нее "запросто" бывала сестра царицы, жена московского генерал-губернатора великая княгиня Елизавета Федоровна. Красочное описание личных апартаментов хозяйки дома оставил Горький, которого поразило "устрашающее количество севрского фарфора: фарфором украшена широкая кровать, из фарфора рамы зеркал, фарфоровые вазы и фигурки на туалетном столе и по стенам, на кронштейнах. Это немножко напоминало магазин посуды". Иначе выглядела обстановка комнат, занимаемых хозяином: "В кабинете Саввы - все скромно и просто, только на книж-ном шкафе стояла бронзовая голова Ивана Грозного, работы Антокольского. За кабинетом - спальня; обе комнаты своей неуютностью вызывали впечатление жилища холостяка".

Как представитель одной из крупнейших отечественных фирм С. Т. Морозов пользовался влиянием в предпринимательских кругах, ряд лет возглавлял Ярмарочный комитет на крупнейшем российском "торжище" - в Новгороде. Именно его в 1896 г. выдвинуло купечество для приветствия и поднесения хлеба-соли на Всероссийской промышленной выставке государю-императору. Получал он и знаки "монаршей милости": ему было присвоено звание мануфактур-советника, он состоял членом "высочайше утверждаемого" Московского отделения Совета торговли и мануфактур. Тогда в разговоре с Амфитеатровым Морозов высказал мнение о своем сословии, в одном он был точно убежден: торгово-промышленное сословие на Руси сильно не только мошной своей, но и сметкой. Не только капиталами, но и умами.… Одна беда – культуры мало! Не выработало еще наше сословие сознания собственного достоинства, сословной солидарности…. Брался Морозов и за новые дела: основал, например, крупное химическое акционерное общество "С. Т. Морозов, Крель и Оттман", зарегистрированное в Германии, но владевшее предприятием в России и специализировавшееся на производстве красителей ("Я ведь специалист по краскам", - говорил он).

Категория: СТАТЬИ, ИССЛЕДОВАНИЯ, РЕФЕРАТЫ... | Добавил: Админ (06 Фев 2011)
Просмотров: 1301 | Теги: рефераты
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Полезные ссылки

Кладовая веков



Православные празд
Православные праздники
Мы в каталогах

Рейтинг Славянских Сайтов

Облако тегов
Статистика






Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс цитирования
Посетители
free counters
Ratings



Copyright MyCorp © 2017